10 апрель 2013, 11:00

Нариман Тюлеев сообщил о наличии всех доказательств его невиновности

Нариман Тюлеев сообщил о наличии всех доказательств его невиновности Нариман Тюлеев, бывший мэр Бишкека и глава "Кыргыз темир жолу", депутат парламента от фракции "Ата-Журт", 21 июня прошлого года был задержан в собственном доме. На следующий день Генеральная прокуратура сообщила, что дело возбуждено за злоупотребление служебным положением в бытность нардепа градоначальником. В середине августа меру пресечения Тюлееву изменили решением суда, но в связи с новым уголовным делом он остался в СИЗО ГКНБ. Интернет-редакция "ВБ" задала интересующие вопросы заключенному через его адвокатов.

- Генпрокурор Аида Салянова заявила, что вы прятались за спинами своих детей, когда вас арестовывали в первый раз. Прокомментируйте ее позицию.



- Я не ожидал, что будут штурмовать мой дом. Мне в кошмарном сне не снилось, что вечером дадут команду меня брать. Но это мои дети, и, конечно, они заступились за меня. Это нормально. Другое дело, как это позже перевернули. Госпожа Салянова преподнесла это так. Как и само сфальсифицированное дело. После того как мы представим суду все доказательства, я не знаю, как они будут людям в глаза смотреть.

- Вас обвинили в том, что в бытность мэром Бишкека вы закупили около 200 автобусов по завышенной цене и причинили тем самым ущерб государству на $1 миллион 400 тысяч. Вам есть что ответить?

- Во-первых, Аида Салянова никогда не работала в органах прокуратуры. Видимо, по незнанию ее красиво подставили. Это сделал некий Жаныбек Салиев, который сегодня руководит антикоррупционным управлением в Генпрокуратуре. Это горе-прокурор с уголовным прошлым. По сути, он и является тем, кто подставил всех: председателя ГКНБ, генпрокурора, президента и общественность. И это не было просто ошибкой - он подтасовал факты и за это должен отвечать.

Но для меня более странно, что прокурор, не разбираясь, завела уголовное дело и закрыла меня как за особо тяжкое преступление. Меня посадили, чтобы показать на моем примере власть государства, пригрозить остальным. Это была кампания Генпрокуратуры по устранению неугодных, под эту мясорубку и меня подвели. Возможно, надеялись, что я откуплюсь. Для этого, правда, я должен был что-то незаконное совершить… После этого я поручил своим людям заняться сбором всех официальных документов на автобусы и мусоровозы.

В бытность мэром я напрямую не мог заниматься поставкой. Это нужно понимать. Есть целая группа людей, в чьи обязанности по долгу службы входили закуп, доставка, перечисление средств, оформление бумаг, есть вице-мэры, которые курировали эти вопросы. Я физически и юридически не мог быть задействован во всех этапах.

Я был удивлен, когда сказали, что есть неопровержимые доказательства моей вины. Мне их не показывали до самого суда. Но, после того как мы представили следствию все удостоверяющие документы, в которых изготовители подтверждали нашу цену покупки и доставки, обвинение представило суду бумаги, которые были взяты у какой-то частной фирмы. То есть у частной конторы, которых в полуторамиллиардном Китае сотни тысяч, попросили: "Ребят, нам очень нужна такая бумага, дайте".

Мы связались с той компанией тоже. И теперь на суде представим документы с печатью МИДа КНР от той же компании, где они подтвердили, что ранее дали ложную информацию и цена действительно такая, по которой мы закупили. Видит Аллах, у меня есть все документы на мусоровозы и автобусы, заверенные государственным нотариусом КНР и китайским правительством, по которым деньги за доставку и стоимость машин полностью совпадают. В скором времени мы покажем эти документы суду, и их не смогут не приобщить к делу.

- 15 августа прошлого года генеральный прокурор возбудила в отношении вас новое уголовное дело за нарушения при подготовке, подписании и исполнении в 2008 году договора поставки мусороуборочных автомашин. Какие доказательства по этому факту суду представила сторона обвинения?



- А это как раз самое смешное. Генпрокуратура в своих обвинениях опирается на данные с китайского сайта Алибаба (russian.alibaba.com). Тот самый Салиев принес генпрокурору бумажку, на которой написано, что мусоровозы якобы стоят $18 тысяч. Причем не указаны ни лист, ни страница источника, нет скриншота - ничего. После этого мы вышли на хозяев этого интернет-ресурса, и мои адвокаты поехали в Китай. Там они встретились с руководством этой огромной корпорации, которое официально представило нам документы завода-изготовителя, в 2008 году продавшего нам эти машины. И они подтвердили ту стоимость, по которой мы брали мусоровозы. Но! Они также официально подтвердили, что с 2007 по 2012 год эти машины на их площадке не продавались. Вы понимаете? То есть когда Азимбек Бекназаров давал им задание найти на меня компромат, ни Счетная палата, ни Генпрокуратура – никто! – даже не зашли на сайт, чтобы проверить, действительно ли на сайте есть информация, что мусоровозы якобы стоят не $45 тысяч, а $18 тысяч. Это же фальсификация! И чтобы они знали, согласно Уголовно-процессуальному кодексу, на информацию с интернет-сайтов нельзя опираться, она не является доказательством.

Две недели назад мои адвокаты попросили в присутствии нотариуса заверить информацию, содержащуюся в архивах того сайта. Официально там указано, что такие мусоровозы выставили на площадку для продажи только в 2012 году, они стоят $45 500. Это машины 2008 года выпуска, б/у. То есть до прошлого года они просто не продавались. Нотариус эти данные официально заверил.

И если при наличии таких доказательств меня и моих коллег засудят, значит, я буду знать, что дело мое политическое.

- Сообщалось о факте незаконной продажи здания бывшего детского сада. О каком объекте идет речь?

- Это не здание детского сада. Еще в далеком 1991 году при Советском Союзе маленькое здание напротив ЦУМа Исполкомом фрунзенского совета народных депутатов из общественных вывели в административные здания. Там на втором этаже сидела Свердловская прокуратура, а на первом – партия "Ак Жол". И ни один мэр их оттуда выгнать не мог. Конечно, ни копейки налогов они не платили. Тогда я решил его продать. Мы реализовали объект по космической цене – за $700 тысяч. И в этом, я считаю, нам несказанно повезло. Эти деньги пошли в бюджет, на них приобреталась техника для города. А прокуратура даже не соизволила посмотреть перечень документов, чтобы увидеть, на чьем балансе находится здание. Был бы садик, разве Свердловская прокуратура позволила бы продать? А что тогда не возбудили дело?

- За время заключения были ли попытки давить на вас?



- Первые полтора месяца меня держали в самой ужасной камере - №38. Туда "кидают" отъявленных преступников, которых хотят морально сломать. Там есть камера видеонаблюдения. Все это время они круглосуточно наблюдали, как я справляю нужду, сплю, ем, голодаю или нет. Ни газет, ни телевизора, ни вестей – я был полностью отрезан от общества. Конечно, это давит. Любому человеку трудно держаться и выживать в таких условиях. Но меня сдерживали мысли о поддержке людей, которые мне доверяют, верят в меня. И моя семья. И, конечно, я знал: многие ждут, когда я сломаюсь. Это тоже придает сил.

Последующие 7 месяцев нахождения в СИЗО горячую еду, в отличие от всех остальных заключенных, я получал только в субботу. Мои родные специально готовили горячее с утра в выходной, привозили часам к десяти, но до меня еда доходила только часам к 16-17. Конечно, о горячем как о таковом речи не шло. Итого 7 месяцев я не ел горячей пищи. Судите сами, было ли это давлением. Я думаю, что да.

- Можно ли говорить о намеренном затягивании вашего процесса?

- 30 октября прошлого года мое дело передали в суд. И вот уже пятый месяц, как идут слушания, но за это время обвинение даже не закончило допрашивать своих свидетелей. Как правило, на одно заседание приходит только один свидетель. Всего их 38 человек, но ни один свидетель обвинения не заявил о нашей виновности. Это, по сути, просто пустые показания. Смешно. А где обвинения?

Я написал протест, сказал, что не буду приезжать на такой суд, на этот фарс. Но коллеги попросили быть, они каждый раз надеются, что слушание пройдет по всем правилам, что свидетельские показания будут закончены. Только поэтому езжу, не хочу подводить коллег.



Например, на прошлой неделе было два слушания, а на этой лишь одно. Но и оно длилось ровно 15 минут. Знаете, кто был свидетелем? Водитель автобуса! Он перегонял с Торугарта в Бишкек автобусы, и обвинение у него спрашивает: "А вы не знаете, по какой цене Тюлеев покупал автобусы?". И эти вопросы задают прокуроры. Мне просто стало плохо от такого уровня. Я ответил: "Прокуратура, этот водитель в 2009 году грантовые автобусы перевозил, он к 2008 году не имеет отношения, когда мы их за бюджетные деньги покупали". На этом все и закончилось.

Особо отмечу, что во время следствия я неоднократно просил всех, в том числе и тех политиков, которые посещали меня в СИЗО, чтобы они помогли мне хотя бы на стадии следствия. Просьба заключалась в том, чтобы меня допросили, чтобы я мог представить все документы. О допросе говорили спикер парламента Равшан Жээнбеков, омбудсмен Турсунбек Акун, глава коалиции большинства Феликс Кулов, Токон Мамытов. Но следствие осталось глухо к этим просьбам. Возможно, ему это выгодно. До сих пор меня не допросили.

- К вопросу о грантах. Один из них так и не был вами освоен в бытность мэром города. Знаете его дальнейшую судьбу?

- В общем, по транспорту: мы купили 200 автобусов по $31 тысяче. Из этой цены $24 400 – стоимость автобуса, $7 100 – доставка. А грантовые автобусы пришли сюда уже по $42 тысячи с доставкой за $7 700. Все подтверждающие документы имеются.

В общей сложности у китайского правительства мы "выбили" три гранта, каждый из которых приблизительно по $5 миллионов. Один из них, как раз неосвоенный, это $5,6 миллиона, мы оставили на строительство трех дорог: продление Южной магистрали с выходом на Шабдан Баатыра (бывш. Алма-Атинскую), Боконбаева с выходом на Некрасова и Баха с выходом на Льва Толстого. Я не знаю, куда эти деньги делись после, но в бюджете они были. Все документы были подписаны, деньги мы получили как раз в 2010 году. И если бы не революция, эти дороги были бы сделаны еще три года назад. Где сейчас этот грант – вопрос не ко мне.

- Вместе с вами на скамью подсудимых попал и ряд членов вашей команды, с которой вы вместе работали в мэрии. Почему это произошло?



- Сомнительная статья по коррупции, которую вменило следствие, предполагает группу. Мои бывшие коллеги и подчиненные оказались заложниками следствия. Ребята попали на ровном месте. Они сидят из-за того, что мы работали вместе, были командой. Мы видимся только на суде и когда нас на него везут. Коллеги стараются тоже не терять надежды. Они достойные мужчины. Держатся.



- Каковы прогнозы ваших адвокатов?

- Что это будет несложно, изначально говорили все трое защитников. А теперь с учетом таких бумаг, если следовать закону, засудить невозможно. Президент Алмазбек Шаршенович сказал, что все решать будет суд. Пока я ему верю и не теряю надежду, что все пройдет честно. Своим сторонникам я сразу сказал, что никаких митингов, акций быть не должно, следуем только букве закона.

- Что предпримите, если вас все-таки осудят?

- На меня вышли друзья из Москвы, предложили хороших адвокатов, которые могли бы уже приступить к подготовке документов в Международный суд. Но я пока отказался. У нас тоже сильные адвокаты, и я все-таки надеюсь на то, что закон в нашей стране работает, что правосудие есть. Если же нет, приму поддержку россиян и будем обращаться в Международный суд.

- В вашу защиту высказывались многие депутаты, политики. Кто сегодня остался с вами? Кто из вашей партии "Ата-Журт" вас поддерживает?

- По сути, этой партии уже нет. Она распалась. С политиками невозможно договариваться. Они каждый день "поют" по-разному. Наверное, кто-то поддерживает. Но я всегда говорил, что в бизнесе и политике друзей не бывает. В трудные минуты рядом остаются только близкие. Чаще даже поддерживают те, кого раньше считал врагами, они честнее.

Когда мои однопартийцы Камчыбек Ташиев, Садыр Жапаров и Талант Мамытов сюда попали, я их встретил. Уже на второй день они могли слушать новости, им было легче в этом плане. Мне, как первопроходцу, заключение далось немного сложнее.

Вообще, в такой ситуации на многие вещи глаза открываются, о многом задумываешься, переосмысливаешь, чего, наверное, при обычных обстоятельствах не сделал бы. В СИЗО совсем другая жизнь, со своими бытом, распорядком, законами. Для меня это и большой урок. Многих вещей я бы не ощутил. Теперь и эту жизнь посмотрел.

Пошел уже десятый месяц, как я сижу. Здесь я научился намазу, читаю молитвы, Аллаху начал верить. Самое главное личное достижение – наконец бросил курить. Семья этому очень рада. 33 года не мог бросить, курил по полторы пачки в день. Нет худа без добра.

- Намерены ли вы возвращаться в политику после освобождения?

- Давайте я выйду сначала. Сначала все выйдем, а потом поговорим. А пока суды впереди. Три инстанции надо пройти, а там видно будет.

Справка

Накануне, 9 апреля, от правозащитника Акина Токталиева стало известно, что Верховный суд возобновил расследование в отношении начальника Главного управления по расследованию особо важных дел Генпрокуратуры Жаныбека Салиева по подозрению в разбойном нападении. Впервые дело было возбуждено еще в 1996 году. После прекращено. 2 октября 2012-го дело вновь возбудили и вновь позже прекратили. Теперь суд вынес решение возобновить расследование.
купить mobil 1 10w60 отзывы mobil 1 10w60 отзывы интернет магазин автомасел
Дискуссия еще не началась.
Вы можете оставить первый комментарий.

Информация

Комментировать статьи на сайте возможно только в течении 360 дней со дня публикации.

KABARLAR.ORG 2020